|
|
|
|
|
Урал - земля золотая.
Давным-давно это было. Так давно, что даже старики во времени путаются. Может тысячу лет назад, а может и больше. Горы наши состариться успели. А ведь камень, известно, долго живет. А почему горы наши Уралом названы – про то ещё деды наши от прадедов наших сказы слушали.
У высоких, скалистых гор племя первых людей жило. Вольно жили тогда люди. Войн не знали, пасли в горах стада коз да баранов, охотились в лесах, в звериные шкуры одевались. Не искали люди, что в горах скрыто, смотрели только на них подолгу, думу думали, воздух звенящий вдыхали.
Однажды родился у пастушки племени сын. Все дивились красоте и росту его. Всё племя приходило к пастушке любоваться её сыном. Пришел в один погожий день и самый старейший из племени. Пристально смотрел старец на мальчика долгим добрым взглядом, и, наконец, сказал людям:
- Верна примета. Это он. Так всё и случилось, как говорит предание: будет парень красив, силен, строен с детства, а волосы у него будут цвета солнышка. И мать даст ему имя Ур, что значит Земля.
- Будет парень белокур и красив, - продолжал старейший из племени, - но не будет ему на земле счастья. Уйдёт парень в землю.
- Мой сын умрёт? – воскликнула горестно мать.
- Нет. Не смерть найдёт твоего сына. Юноша будет ждать, когда проснётся золотая дева, что спит в этих горах.
- Кто такая эта золотая дева, которая уведет моего сына? – спросила встревоженная мать.
- Никто и никогда её не видел. Спит она ещё. Время её не пришло.
- Она так прекрасна?
- Древнее сказание об этом не говорит. Мы не знаем, что значит «золотая». Мы не понимаем смысла этого слова. Придут другие люди, узнают это слово и скажут, прекрасна ли она.
Сказав это, старец положил у колыбели Ура лук со стрелами, свирель и вышел.
Шло время, мальчик вырос. Высок и гибок стан его, прядь блестящих, светлых как солнце, кудрявых волос спадает ему на лоб. Стал мальчик пасти стада баранов и коз, через плечо у него колчан со стрелами, на шее – свирель звонкая, певучая.
Однажды ранним-ранним утром, играл он как обычно на свирели, пел развеселые песни. Шумел под его песни красавец-лес, а рядом паслось его стадо. Вдруг из-за верхушки самой высокой скалы вылетел царь птиц – могучий орёл., - сложил крылья и камнем упал вниз к стаду. Схватил орел ягненка цепкими когтями и стал подниматься к своему гнезду.
Ур бросил свирель, вскочил на ноги, натянул тугую тетиву лука и выпустил вслед птице стрелу. Метко стрелял сын Земля – стрела пронзила орлу шею.
Упал раненый царь птиц на вершине горы мертвым на острые камни.
Кинулся юноша на вершину горы, путь до неё оказался нелёгким. А когда достиг её Ур, увидел: сидит возле убитого орла девушка и горько плачет. Удивился пастух – откуда на скале девушка?
- Кто ты, красавица и почему ты плачешь?
Подняла девушка голову и удивился Ур: волосы у девушки были из тонких, блестящих волокон, переливались на солнышке. И одета она была во всё жёлтое, ослепила совсем юношу.
- Я золотая! А ты убил моего гонца! – воскликнула девушка.
- Орел унес на скалу ягненка…
- Он полетел искать среди людей юношу, которого я жду. Человека зовут Ур. Не слыхал ли ты о нем?
- Твой гонец привел его к тебе, - ответил юноша.
- Так это ты Ур? – удивилась девушка. Пойдём со мной, я покажу тебе богатства Земли, которые мы с отцом сторожим для людей.
Юноша заколебался.
- Не бойся. Ты всё равно не сможешь уйти отсюда, как и я не могу уйти. Долго мы будем с тобой жить в горах, оберегая людское добро.
- Так давай отдадим это добро людям! Вон там, далеко внизу, живет мой народ – откроем им богатства и уйдем жить вместе с ними.
- Нет! Что ты… Ещё не пришло время. Твой народ счастлив. Твой народ не знает, что такое золото. Он ничего не знает о тайных кладах гор. Пройдут долгие годы, пока люди поймут что такое богатство. А когда поймут – пойдут одиночки в горы, искать его. Вот мы и будем оберегать от них богатства гор.
- Зачем же? Добро принадлежит людям.
- Тайные дары Земли принадлежать всем людям, а не избранным. А до этого времени ещё далеко. Но это время придет, и тогда мы откроем людям все богатства гор. Идём!
Пошли они в горы, и девушка открыла Уру клады, которые берегла она до дней счастливого века. Юноша увидел прекрасные дворцы из желтого, как и волосы девушки, блестящего камня; реки из драгоценных камней.
- Вот они, богатства – указала на красоту девушка. – И о них не знают пока люди. Смотри, здесь прошел мой отец!
В камнях молнией пролегла жила из желтого камня.
- Мой отец – Великий Полоз. Золотой змей. Где проползет он, там остается золотой след.
- А что такое золото? Почему тебя называют Золотой?
- Золото – камень, которого мало в земле. Я не знаю, как потом назовут этот камень люди, которые его найдут. Я из этого камня.
- Я остаюсь здесь, с тобой охранять богатства Земли для людей. Дай мне кусок желтого камня и пойдем на вершину скалы.
На скале юноша сделал из желтого камня наконечник для стрелы, натянул тетиву лука и послал весть о себе в стан племени. А потом, последний раз взглянул на солнышко и ушел внутрь гор. Ушел навсегда.
В стане нашли стрелу Ура. Показали её старейшему из племени. Старик сказал:
- Этот желтый камень и есть знак Золотой девы. Остался парень у неё. На языке нашего народа камень будет называться «ал». Так говорит предание.
С той поры и зовут люди горы эти Урал. Что значит Земля золотая.
А девушку с парнем так и не видели больше. Говорят, живут они и сейчас в наших горах, помогают разные богатства в земле отыскивать: золото, уголь, руды всякие, самоцветы.
Слюдяное окошко
В нестоль давние времена жил поживал в краю Уральском крепкий мужик. Кондратом звался. Сильный мужик был с черной бородой – вылитый темный пень-колдун. Охотник был славный. В ремесле охотничьем равных ему не было. В одиночку на медведя с рогатиной хаживал. Волков зимой брал.
Днями бродил Кондрат по таежным урманам, старательским промыслом занят был. Промывал пески речные да гальку. Гнезда змеиные примечал, известно ведь, где след медянки обнаружишь – там и дорожка к богатой жизни скрыта. Вольную хотел купить Кондрат. Знамо дело, в неволе жить кому хорошо?
Как-то раз в тайге заколол Кондрат медведя. Глядь! А в желудке у него золотой самородок. Сбыл Кондрат найденное золотишко да к заводчику пошел с челобитной. Так и вышел с семьей на волю.
Подался Кондрат в лесообъездчики. Лесник то есть по-нашему то. Спрятался Кондрат в тайгу, избушку сколотил, стойло для лошадок, коров построил. Словом, обжил заимку.
За водой Кондратова женка к Говорливому ключу ходила. Вода в нем чистая, прозрачная, вкусная. Однажды утром, пока к ключу бежала, на тропинке на гадюку наступила. От змеиного укуса и умерла.
Остался Кондрат один с дочкой Людмилкой. Сильно убивалась по матери девчоночка, днями и ночами мать ей виделась. Прошло время, пересилила Людмилка горе.
Кондрат частенько на делянки уезжал, бывало и на три дня задерживался. Людмилка привычна к этому была. Останется одна, все по дому копошится. Полы моет, в избушке убирается, а то, глядишь – с ведерком к Говорливому ключу побежала. Дорожка-то туда ещё матерью протоптана была. Невелик Говорливый ключ, а столько в нем света да чистоты, что подолгу Людмилка в его воды глядела. И песочек в нем белый с блестящими искорками.
Вот случилось раз Кондрату на делянки на трое суток отлучиться. Людмилка одна осталась. Дел домашних невпроворот у Людмилки – некогда скучать. Слышит, за окошком сорока застрекотала, будто зовёт куда. Схватила Людмилка ведра, как раз в кадочке вода закончилась, и к Говорливому ключу побежала. Сорока следом летит. Бежит Людмилка быстро, вдруг видит: блеснуло впереди что-то. Ближе подошла, смотрит – заколка материнская. Что за чудеса? Сколько раз здесь бегала, ни разу не замечала. Протянула руку заколку подобрать, тут сорока раз! И выхватила находку, да тут же проглотила. С размаху о дерево ударилась и старушкой обернулась. Маленькая, босоногая, сгорбленная.
- Ты кто такая? – спросила Людмилка.
- Ведунья я. Озерница. Хозяйка воды Уральской. Хочешь мать увидеть? Да работу мою посмотреть?
- Да! – воскликнула девчоночка.
- Только запомни: обратной дороги к людям не будет тебе уже никогда.
И так невтерпеж стало Людмилке, так захотела она маму увидеть, готова на край света бежать. А бежать-то никуда и не надо. Гляди в Говорливый ключ.
- Ой! И не ключ это вовсе! А слюдяное окошко.
Посмотрела Людмилка в окошко и всю подземную красоту увидала. Золотыми рунами гранитная порода сверкает, самоцветы переливаются, изумрудом малахитовые цветы расцвели.
- А какая бабушка у тебя здесь работа?
- Видишь, в камне-граните жилки голубые? Подземная вода это. Она рекам, ручейкам да ключам силу дает. Озера питает голубые. А я за всем этим слежу, да воду куда надо направляю. А случись засуха в наших краях, я сорокой оборочусь, по горам да по лесам полечу. Позову в гости ветры буйные, дождики проливные.
А эвон, посмотри, девонька, мама твоя. Поливальщица она. Только уговор помни!
Глянула Людмилка, и мать увидела. На самом дне слюдяного окошка Людмилкина мама каменные цветы из лейки поливает.
- Мама! – закричала Людмилка.
Тут над головой гром прогремел, молния ударила. А старушка-озерница пропала, дымкой в воздухе растворилась. Слюдяное окошко гранитным камнем закрылось. И не стало Говорливого ключа. Он под соседней горкой из-под земли проклюнулся.
Тут и Кондрат с лесоучастка вернулся. Глядь, нет на заимке дочечки. Ждал-ждал, до самого вечера ждал – не дождался. Бросился Кондрат на поиски. Нет нигде Людмилки. С самых высоких гор кричал Кондрат:
- Слышь, Люда! Слышь, Люда!
А эхо в ответ насмешничало:
- С-лю-да! С-лю-да!
Так и не нашел Кондрат дочку. А на месте заимки Кондратовой мастеровые горный минерал обнаружили. Слюда называется. В окна домов слюду-то приспособили. Слюды много начали добывать. Поселок вырос. Слюдорудником его и нарекли. А нынче без слюды в радиотехнике не обойдешься.
Тургояк. Младший брат Байкала
 
Давным-давно
это было. Только-только обживали люди берега славного Байкала и не могли
надивиться его красоте. А вода в нём была холодная и такая прозрачная, что в
хорошую погоду всю жизнь озёрную рассмотреть можно было. Широко оно
раскинулось, вольной волной о берега било.
Жил на берегу озера прекрасный юноша. Звали его Тур. Парень был удалой.
Лицом видный, глазами добрый и до дела всякого охочий. Крепко любил свой край и
озеро синее. Не раз любовался синевой озёрной.
Тихо бежали дни. Пролетало время. И решил смелый юноша отправиться в
путь. Посмотреть на земли дальние, на красоты их взглянуть.
Долго ходил Тур по белому свету, В разных краях побывал. Подивился
на красоту земную, на диковинки разные. Много повидал радостей и счастья
людского, а ещё больше горя.
Как ни хороши чужие края, а заскучал юноша по родному дому. И отправился
Тур обратно в родную сторонушку.
Возвращался он домой. И пролегла его дорожка через Уральские горы.
Шёл Тур по долине меж гор зелёных, смотрел и дивился — родное всё было вокруг:
деревья те же — сосны, лиственницы, берёзы, солнце так же тепло и ласково
греет, да и небо такое синее, как родное озеро, только над головой. Всё родину
напоминает, а до дома-то, ой, как ещё не близко. Много пересёк он рек и ущелий,
и вот в одном из них встретил Тур девушку. Сидела она на камне у огромной скалы
и плакала.
Юноше стало жаль её. Подошёл он и спросил: «Как тебя зовут?» Девушка
подняла лицо, и Тур увидел, как она прекрасна, только глаза её были печальны.
Произнесла девушка имя своё, полетело оно высоко в горы и там отозвалось
многократным эхо. «Гояк!» — прокричали горы. Таким звучным оно было! Девушка понравилась
Туру, решил он сделать всё для неё, только бы высохли её слёзы, только бы
она улыбнулась. Стал тогда расспрашивать он девушку: «Почему ты так горько
плачешь? Чем могу я тебе помочь?» И Гояк поведала ему: «Когда-то я была весела
и счастлива. Но злая колдунья, позавидовав моей молодости и здоровью, лишила
меня зрения. И прозреют мои глаза тогда, когда умоюсь водой чистой и
прозрачной, как слеза».
Знал Тур, где есть такая вода. Поспешил к родному озеру. Торопился он,
шёл прямо через топи болотные, сквозь леса дремучие, лез через горы
неприступные. Не день и не два шёл Тур. Много дней шёл.
И вот он, Байкал — голубая чаша с водой, которой нет чище и светлей во
всём свете. Зачерпнул юноша полные ладони байкальской сини и поспешил к
девушке. Труднее прежнего был путь. Не останавливался он ни на минуту. Нёс Тур
воду, которая должна была вернуть девушке зрение и счастье. Берёг он воду,
осторожно нёс её.
Вот и знакомые горы, то самое ущелье. И снова юноша увидел Гояк.
Умылась девушка водой. И высохли слёзы, прозрели глаза. Ушла печаль.
Снова Гояк стала здоровой. Зазвучал в горах её смех.
Навсегда остались вместе Тур и Гояк.
А когда девушка умывалась байкальской водой, упала одна капля на землю.
И в том месте, где когда-то плакала Гояк, образовалось новое озеро с такой же
холодной и чистой водой, какую принёс Тур из Байкала для своей любимой.
И назвали люди озеро Тургояк. Младший брат Байкала.
Зюраткуль. Сердце-озеро.
Кочевал в
зюраткульских горах пожилой старатель. Очень хотелось ему иметь сына, но жена
родила ему дочь. Старик не рассердился, но решил: пусть будет девушка джигитом.
И никогда не выходит замуж. Но вышло всё иначе. Однажды, прекрасным, солнечным
утром пошла девушка на берег озера и встретила там красавца-джигита. Был он
опечален. А печаль его была потому, что собирался юноша с друзьями в дальние
страны. И не было у него денег и красивой одежды. Девушка влюбилась в красивого
юношу и решила ему помочь.
Из
булгарской белой кожи шьет ичиги, вьет камчу,
И нарядную
одежду подгоняет по плечу
Юноша уехал,
пообещав девушке, что женится на ней через год, когда вернется. Прошло время,
юноша вернулся. Девушка с радостью бросилась ему на шею.
Мой джигит,
устал с дороги? Дай тебе омою ноги, отведу в родной аул
Но джигит
был равнодушен... Он повел спесиво бровью:
Льву овечка
не жена! Льву пришлась по сердцу львица!
Белорука,
белолица персиянская княжна.
Это была
измена. Сердце девушки разбилось. С горя она убежала на берег озера и там нашла
свою смерть.
Шла до
каменного мыса, где в тумане камень сизый
Перекатывал
волну. Косы девушка склонила,
Сердце в
воду уронила. По воде пошли круги.
Долго озеро
бурлило, ложе новое творило
Меж утесов и
логов. А как буря укротилась,
Сердце
девичье открылось меж скалистых берегов.
С тех пор и
зовут озеро Зюраткуль - сердце-озеро.
Легенда об изумрудах
Жил на Урале в
давние времена один граф. Огромное богатство нажил. Многие заводы и рудники имел.
Приглянулась ему крепостная девушка Машенька – глаза у нее, словно небо
голубое. И захотелось ему такие самоцветы, как Машенькины глаза. Разные драгоценные
камни в сундуках его хранились, но таких голубых, прозрачных, лучистых не было у графа.
Машенька парня любила – Ивана, тоже крепостной был. Приходит он к графу и просит
позволения жениться на Машеньке. Граф задумал одно, а говорит другое, глаз прищурил – обещает:
- Женю тебя, если найдешь мне в горах камень, как Машенькины глаза., голубой да лучистый. И волю дам тебе, и
Машеньку отдам.
Согласился Иван, стал камень
искать. Долго искал. Заснулось ему как-то на горе , сладко-сладко, и видит он во сне седого Горного
хозяина. Наклонился тот к нему:
- Бедный ты
парень, бедный. Хочу я тебе помочь. За той вон скалой ход есть в гору. Иди и бери
моего добра сколько хочешь.
Проснулся Иван
– сам себе не верит, то ли сон был, то ли явь. Все-таки взял лом, отвалил обломок скалы, который вход в
пещеру загораживал. И засверкала россыпь изумрудная, да так, что Иван и глаза
зажмурил. Обрадовался он и к графу помчался:
- Нашел!
Нашел! Одному не донести.
Граф посылает
вместе с Иваном двух слуг, дает им пустую бумагу – для видимости, будто это
вольная Ивану.
- Там, на
месте, Иван, получишь, коли взаправду нашел.
Слугам же
тайно приказал убить Ивана.
Когда пришли в
пещеру, слуги ждать не стали, кинулись на Иванко с ножами и убили. Намеревались в мешки изумруды
насыпать, но только к ним прикоснулись – окаменели, в черные столбы
превратились.
Ждал, ждал
граф и сам в пещеру направился. Входит туда: Иван убитый на изумрудах лежит
между двумя черными каменными столбами. Схватил граф горсть самоцветов и тоже
окаменел – третьим, самым большим черным столбом встал перед Иваном. А изумруды
в тот же миг исчезли – под землю ушли и рассыпались по всему Уралу.
Как узнала
Машенька, что Иван погиб, убежала из дому куда глаза глядят. Ходила с горы на
гору и плакала. И там, где слезы горючие ее упали, новые изумруды зародились.
Тайна горы
Сугомак
Сказывали старики, что в давние-предавние времена сова птицей дневной была. Да вот что за дело
приключилось:
Давненько
это случилось, еще когда Нижне-Кыштымский завод строился. Жил на Нижнем Кыштыме
мужик Кириллом звали, а по прозвищу Бегунок. Откуда он был, про то никому и неведомо. Домишко
его рядом с заводом срублен был. Из крепкого литого сосняка.
Зима в тот год холодная выдалась. Как-то выехал Кирилл утречком в лес. А утро
туманное да морозное случилось. Доехал мужик до развилки, где дорожки начало берут. По одной тропинке бабы летом ходили по ягоды за Горелую горку. Видит, идет
навстречу девчонка. Идет, слезами уливается. Шубенка на ней – заплата на
заплате.
Остановил
Бегунок лошадь и спрашивает девчонку:
- Чего,
дитятко, воешь и куда в такой холод да рань такую бежишь?
Ну и
рассказала та, что осталась сиротой, одна на всем белом свете, и не знает, куда
пойти и где приют себе искать.
Подумал мужик
и говорит:
- Я в семье
двенадцатый буду, а детишки все парни, будь мне дочкой.
Прижилась
девчушка у мужика, названые братья ее полюбили. И стала она звать мужика с
бабой отцом да матерью. Жили в мире-согласии. Только через год заводчик
заработок начал зажимать, ну и забедствовали. Зимой еще сводили концы с
концами, к весне вовсе худо стало. Братишки с голоду пухнут. А девчонка та,
Настюнькой ее звали, думает, что последний кусок у них отнимает, есть стыдиться
совсем стала.
Раз к вечеру
за стол садиться стали. А Настюнька вышла на огород, задумала переждать
ужин-то. Села на пенек и видит: совы летают, будто хоровод водят.
Подлетает одна
сова к Настюньке. Желтыми глазищами прямо в глаза девчушке уставилась.
Потемнело в глазах у девчонки.
Кричать хотела
– не кричится. Бежать бежит, не натыкается ни на что, и в глазах тьма.
Пришла в себя
от света, что из-под земли струился. Она на свет и пошла. Видит – пещера. А в
ней богатств разных видимо-невидимо. Самородки золотые, камни драгоценные,
хрусталь да малахит. От них свет тот и струится.
Встала
Настюнька у входа и стоит, налюбоваться не может. Вдруг слышит голос:
- Что же ты,
девонька, встала? Заходи в гости.
Настюнька и
вошла в пещеру.
- Выбирай, что
душе угодно.
- Да кто же
ты? – спрашивает Настюнька. – И почему я не вижу тебя?
- Я –
хранитель уральского богатства Сугомак. Выбирай, что по душе.
Видит
Натюнька: в одном месте из-под камней маленький камушек светится. Ухватила его,
потянула, достала меч богатырский. Велик тот меч в размерах, а ее рука и веса
не чует.
- Вот! Я его
возьму, - говорит Настюнька.
- Зачем тебе
оружие?
А Настюнька
одно твердит:
- Надо.
С тех пор
зажила Бегункова семья, нужды не ведая. Камешки с рукояти помогли. А меч
Настюнька спрятала и вечерами ходила в потайное место на его сияние смотреть. А
стайка сов всегда рядом была, охраняла девчоночку.
Выросла
Настюнька в девку, да такой красоты, что по всему Уралу не сыскать.
В то время
заводским надзирателем Филька Фитиль был. Собака собакой. Издевался
по-страшному над работным людом. Прозвище ему такое за то было дадено, что как
жердь тонкий, да ростом в потолок. Оба глаза – косые. Не давал он проходу
девке.
Один по заводу
Фитиль не ходил. Боялся. Самопал на плечо повесил. Да собрал себе ватагу из
шести сорвиголов.
От любви к
Настюньке Филька высох, точно как пугало стал, и над людьми еще хуже измываться
стал.
В это время
беда приключилась. Старшего брата Настюнькиного взрывом у домны полоснуло. Сильно обожгло. Вытащили его на на двор
безпамятного. А Филька уже здесь. Рубанул по привычке обожженное тело плетью.
Парень вздрогнул, открыл глаза, посмотрел н6а Фильку, да так, что тот к стене
прилип. От стены-то дружки насилу его оторвали. А мастеровой-то помер. Быть бы
тут драке. Мастеровые за ломки да молоты схватились. Да Настюнька удержала.
После случая с
братом вовсе не подступиться Фильке к девке стало. Решил он ее силой взять.
Выследили ее ватагой, когда она меч свой пошла смотреть, и решился Филька
Фитиль на подлое дело. Только Настюнька меч вытащила, как они и подскочили.
- Моя! –
кричит Фитиль.
Настюнька
молчит, смотрит. А потом вот что сказала:
- На-ко,-
говорит, - Филя, помоги мне, подержи-ка. – И меч ему подает. Филька рад-радешенек.
Ухватился ручищами и упал. Меч-то придавил его. Ватага на помощь – поднимать
его бросились и сами повалились.
Настюнька меч
подняла, да тут и неведомая сила её от Фильки повела. Ватажники за ней, не
отстают. Совы тут же летают, крыльями Фильку да его дружков бьют. А те так и
прут за девкой. Очухались в лесу. Увидели свет в пещере. Встала Настюнька в
ярких лучах, спокойная такая. Улыбается:
- Что же вы,
гости дорогие, не проходите?
Страшно
ватажникам. Филька самопал с плеча сдернул:
- Ну и войдем,
не спросимся.
Пещера, люди
сказывали, как один зал была. Посредине стол золотой, весь каменьями
изукрашенный, разными кушаньями поуставлен.
- Садитесь, -
приглашает Настюнька, а сама улыбается по-прежнему.
Озираются
ватажники, но за стол садятся. И кусок в
горло не лезет. Боязно им под землей-то. Только Филька хорохорится:
- Силком тебя
замуж возьму!
Настюнька-то
как захохочет:
- Ну как за
тебя, Фитиль, замуж идти, коли ты и половика-то в руках удержать не можешь!
Вскинул Филька
самопал и выстрелил в грудь девке. Упала Настюнька как подрезанная травинка.
Вздохом
каменным огласилась пещера. Страшным криком вскричал Сугомак. Молниями
огненными поразил ватажников. Запер их в стенах каменных. И поныне плачет
Сугомак. Крепко полюбил он девку. Слезы его капают с потолка пещеры, а где-то в
седьмой комнате стол стоит золотой, изукрашенный, и за тем столом семь
«гостей». И лежит там девка красоты неописанной.
Семь раз
громыхнул тогда Сугомак обвалом каменным. Молнии в небе рвались, оплакивал
Сугомак смерть Настюнькину.
Ослепли от
молний совы, вылетели из пещеры и с той поры летают в ночной темноте, а днем не
видят ничего.
Желаем вам с пользой провести время с нами!
|
|
|
|
|
